Ярцо Я. (литературовед, Польша)
Дорогой Ян! Посылаю Вам обещанную книжку. В ней есть некоторые мысли, общие для нас с Вами, а, значит, для поляков и русских вообще. Посмотрите, например, главу о Балтике — «Наше море» и следующую, заключительную. Впрочем, «Шведские остановки» — остановки не только шведские, что Вы поймете, когда прочтете всю работу. А я в последние месяцы — первому Вам об этом говорю — полез в Историю[1], не знаю, почему. Потому, быть может, что там — единственная состоявшаяся реальность жизни и все содержится во всем. Работа разрастается. Обнаружил на днях вполне сенсационную вещь — знакомая Вам моя жена Лена есть не что иное как прямой потомок декабриста Н.О. Мозгалевского, а в нем, кажется, текла добрая струя польской крови. Чего только не бывает на свете!
Здоровье мое получше. Даже был в Сибири и на Украине. Готов к поездке с семьей, конечно, к Вам, так что приглашение хорошо бы обновить в полной форме.
14.1.76 г. Ваш Вл. Чивилихин
Р.S. Надеюсь, что мы еще сможем сказать «С легким паром!» друг другу? Как Ваши чада?
[1] Речь идет о работе над романом-эссе «Память»
Ярцо Я.
Здравствуйте, Ян!
Получил приглашение и письмо, за которое сердечно благодарю. Раньше 20 июля выехать не смогу. Итак, мы собираемся поехать 20 июля, на месяц, до 20 августа. Имеются интересные, не обременительные для хозяев замыслы, но об этом поговорим по приезду в Москву твоем. Кажется, ты будешь тут в июне? Представляю, правда, как ты крутишься со своим многочисленным семейством, с работой и гостями, жалею тебя и беспокоюсь о том, как бы поменьше доставить хлопот тебе своим приездом.
Насчет авторизации интервью – пустое, печатай, как написалось, я тебе доверяю.
Думаю привезти для Kizunok интересный и оригинальный материал, нужный для укрепления польско-русских культурных связей. Это – о прошлом в связи с сегодняшним. Кстати, я уверен, что в Варшаве живут потомки одного декабриста, которые даже не знают об этом и я хочу их найти и просветить.
Очень рад, что тебе приглянулись мои «Шведские остановки». Я бы даже осмелился сказать, что эта книжка представляет международный, в том числе польский интерес и со временем, быть может, кто-нибудь из польских переводчиков или издателей заметит ее…
12.V.76 г. В.Чивилихин
Ярцо Я.
Дорогой Ян!
Вот мы и дома. Погода, кажется, привезена нами из Польши – впервые за все лето солнце появилось над Москвой. Я уезжаю на дачу, чтоб поработать – наездился этим летом досыта.
Позволь поблагодарить тебя сердечно за свои заботы о нас, за помощь в работе, за душевность и доброту, за крепкое товарищество в нашем совместном путешествии по югу твоей прекрасной и трудной Родины.
С любовью, В.Чивилихин
27.VIII.76 г.
Ярцо Я.
Здравствуйте, Ян!
На Вашу заботу, что же оно такое «чалдон», научных пояснений едва ли смогу дать. Вы пишете — «это не может быть этническая группа». Почему же не может быть?
Что такое этническая группа вообще? Это, на мой взгляд, общность жителей какой-либо местности, объединение людей по совокупности особенностей языка, быта, обычаев, нравов, культуры. Мне кажется, что Вы с Аней — представители гуральской этнической группы польского народа. С полным правом можно говорить об этнографических (этнических) особенностях москвичей.
Чалдон — коренной сибиряк с его особым языком, нравом и обрядами. Недавно в Томске закончился выпуск пятитомного словаря старожильческих говоров Средней Оби. Я родился в этом районе и слово «чалдон» («челдон») у нас там в ходу, правда, скорее, как насмешливое. (Над гуралами тоже в Польше посмеиваются). Томский словарь у меня есть, это большая библиографическая редкость — тираж 1-го тома всего 500 экземпляров! В третьем томе, на стр. 220 объясняются слова «чалдон», «чалдонка», «челдонский» с речениями-словоупотреблениями, с толкованиями у различных авторов» Приведу отрывки из этих примеров. «Чалдонам — коренной сибиряк, русский… Сарафаны россейски носили, а чалдоны не носили. Одно же само, что чалдон, что сибиряк; Сполюби меня, чалдонка (из песни); А это уж сибиряцка свадьба, чалдонска; С сиверу ветер подул — ешшо холоднее с полдня полегше, по-хресьянски, по-чалдонски так зовут…»
Особенности — язык, одежда, обряды — это, конечно, этнические, местные особенности. Я не считаю себя чалдоном, хотя родился в сердцевине чалдонской местности, заселенной русскими в 17-18 вв., дело в том, что мои родители рязанские и приехали в Сибирь после революции. В. Шукшин, наверное, коренной сибиряк, то есть чалдон. Его родословной я не знаю; напишите его матери — она жива еще, но по одной теме разговора с покойным Василием Шукшиным можно предположить, что он из старожильческой, чалдонской семьи. Когда я спросил у него, знает ли он значение своей фамилии, он сказал, что будто бы от птицы какой-то сибирской. Я его просветил, пояснив, что птицы такой «шукша» в Сибири и вообще у русских нет. «Шукша» — шелуха от кедровой шишки, чешуйки, сердцевина, пленки между орешками, мусор после выборки орехов. Самое что ни на есть сибирское слово. Ведь кедр в Евр. России не растет, а фамилии к русским пришли в начале 18 века. Шукша — типично чалдонское слово. Чалдоны жили и на Алтае, и по Томи, и под Иркутском, и под Красноярском. Я с детства набрался «чалдонских» слов, они в моих книжках есть, однако я стараюсь не злоупотреблять ими, то же самое делал В. Шукшин…
Еще раз благодарю за гостеприимство. До встреч в Москве.
Жму руку Вл. Чивилихин
4.Х.76 г.
Ярцо Я.
Дорогой Ян!
Получил от Вас, как всегда, интересное письмо, спасибо. О моих «Братьях-славянах» ничего не желал бы не только читать, но и слышать – их слишком бесцеремонно сократили, и я не имею в виду лунинскую линию. Эта грубая кастрация — в полном соответствии с тем, что случилось после публикации, вернее, с тем, чего не случилось. У меня до сих пор нет ни одного журнала «Жице и мисл!» № 7-8, а мне необходим хотя бы один коллекционный экземпляр. Есть только две выброшюровки, присланные Мареком, что мало – из № 6 их двадцать пять! В такой диспропорции узнаю братьев-славян, не выработавших за тысячу лет чувство меры. Пишу это полушутливо, но в самом деле, Ян, нельзя ли добыть два номера последних с публикацией и хотя бы еще две-три выброшюровки, чтоб подарить тем живым людям, которые в них упоминаются!?
Живу средне, потихоньку работаю, уже месяц на больничном листке нетрудоспособности. Со стороны Польши идут сюда тусклые тучи, а от такой погоды давление кровяное давит сердце и голову.
Когда собираешься в Москву? Добрые приветы всем твоим домашним, жму руку. В.Чивилихин
28.IХ.77 г.